Жюль Верн
 VelChel.ru 
Биография
Хронология
Галерея
Вернисаж обложек
Дети капитана Гранта
  Карты
  Часть первая
  Часть вторая
  Часть третья
  … Глава I. «Маккуори»
  … Глава II. Прошлое той страны, куда направляются путешественники
  … Глава III. Новозеландские избиения
  … Глава IV. Подводные скалы
… Глава V. Матросы поневоле
  … Глава VI, в которой теоретически рассматривается людоедство
  … Глава VII. Высадка на землю, от которой лучше бы держаться подальше
  … Глава VIII. Настоящее той страны, куда попали путешественники
  … Глава IX. Тридцать миль к северу
  … Глава X. Национальная река
  … Глава XI. Озеро Таупо
  … Глава XII. Погребение маорийского вождя
  … Глава XIII. Последние часы
  … Глава XIV. Священная гора
  … Глава XV. Сильнодействующие средства Паганеля
  … Глава XVI. Между двух огней
  … Глава XVII. Почему «Дункан» крейсировал у восточного берега Новой Зеландии
  … Глава XVIII. Айртон или Бен Джойс?
  … Глава XIX. Сделка
  … Глава XX. Крик в ночи
  … Глава XXI. Остров Табор
  … Глава XXII. Последняя причуда Жака Паганеля
  Примечания
Капитан Немо
Приключения
Фантастика
Повести и рассказы
Об авторе
Ссылки
 
Жюль Верн

Дети капитана Гранта » Часть третья » Глава V. Матросы поневоле

Уилл Холли ночью сбежал вместе со своей командой на единственной лодке брига. В этом не могло быть ни малейшего сомнения. Капитан, обязанный оставить судно последним, покинул его первым.

– Эти мерзавцы сбежали, – сказал Джон Манглс. – Что ж, тем лучше, милорд, они избавили нас от многих неприятных сцен.

– И я того же мнения, – согласился Гленарван. – К тому же, Джон, на судне ведь есть и капитан, и матросы, если не умелые, то, во всяком случае, храбрые, твои товарищи. Приказывай, мы готовы повиноваться!

Майор, Паганель, Роберт, Вильсон, Мюльреди и даже Олбинет встретили рукоплесканиями слова Гленарвана и, выстроившись на палубе, стали ждать распоряжений Джона Манглса.

– С чего же нам начать? – спросил Гленарван. Молодой капитан бросил взгляд на море, затем на поломанные мачты брига и, подумав немного, сказал:

– Есть два способа выйти из положения: или снять с рифов бриг и снова выйти в море, или добраться до побережья на плоту – построить его будет нетрудно.

– Если бриг можно снять с рифов, снимем его, – ответил Гленарван. – Это лучший выход, не правда ли?

– Да, милорд, ведь на суше мы бы очутились без всяких средств передвижения.

– Будем держаться подальше от берега, – заметил Паганель, – лучше опасаться Новой Зеландии.

– Да к тому же из-за беспечности Холли мы значительно отклонились от курса, – прибавил Джон Манглс. – Нас, очевидно, отнесло к югу. В полдень я определю наши координаты, и если, как я предполагаю, мы находимся южнее Окленда, то я попытаюсь достигнуть его, плывя вдоль берегов.

– Но ведь бриг поврежден. Как же быть? – спросила леди Элен.

– Я не думаю, чтобы эти повреждения были серьезны, – ответил Джон Манглс. – Я заменю сломанную фок-мачту временной, и «Маккуори» пойдет, куда мы пожелаем, правда, медленно, но все же пойдет. Если же, на наше несчастье, корпус брига проломлен или вообще нельзя будет снять его с рифов, тогда придется покориться необходимости и добираться до берега на плоту, а там идти пешком в Окленд.

– В первую очередь надо осмотреть судно, – сказал майор.

Гленарван, Джон Манглс и Мюльреди спустились в трюм. Здесь было беспорядочно навалено тонн двести дубленой кожи.

С помощью укрепленных талей можно было перемещать тюки с кожей без особого труда. Чтобы облегчить судно, Джон Манглс распорядился немедленно выбросить часть тюков в море.

После трех часов тяжелой работы дно трюма было расчищено, и его осмотрели. Выяснилось, что два шва обшивки левого борта разошлись. Так как «Маккуори» лег на правый борт, то левый, поврежденный, был над водой. Только поэтому трюм не затопило. Вильсон законопатил швы паклей, а потом аккуратно забил их медным листом. Лот показал, что воды в трюме меньше двух футов. Эту воду легко можно было выкачать насосами и тем облегчить судно.

Осмотр корпуса показал Джону Манглсу, что, сев на рифы, «Маккуори» мало пострадал. Конечно, когда бриг снимется, часть фальшкиля, увязнув в песке, может остаться в нем, но это не опасно.

После проверки внутренних частей судна Вильсон нырнул в воду, чтобы выяснить положение «Маккуори» на мели. Оказалось, что бриг, обращенный носом на северо-запад, сел на песчано-илистую мель, очень круто опускающуюся в море. Низ форштевня и две трети киля глубоко застряли в песке. Остальная же часть до ахтерштевня была в воде, глубина которой в этом месте доходила до пяти саженей. Так что руль не увяз и мог действовать свободно. Какая удача: значит, можно воспользоваться им, как только понадобится!

В Тихом океане прилив не особенно силен, но все же Джон Манглс рассчитывал на него, чтобы снять с мели «Маккуори». Бриг стал на мель приблизительно за час до начала отлива. С понижением воды бриг все больше и больше кренился на правый борт. В шесть часов утра, когда отлив кончился, этот крен достиг своего максимума, а подпирать бриг так и не пришлось. Поэтому удалось сохранить реи и шесты, из которых Джон Манглс собирался сделать временную мачту и поставить на носу брига.

Оставалось подготовить все для снятия «Маккуори» с мели. Работа долгая и утомительная. Было, конечно, немыслимо закончить ее к приливу, то есть к двенадцати с четвертью часам дня. Можно было только посмотреть, что станет при подъеме воды со свободной частью брига, а решающее усилие будет сделано при следующем приливе.

– За дело! – скомандовал Джон Манглс.

Новоиспеченные матросы были наготове. Джон Манглс начал с того, что распорядился убрать паруса. Майор, Роберт и Паганель под руководством Вильсона взобрались на марс[115]. Надутый ветром грот-марсель помешал бы подъему судна. Надо было его убрать, и это кое-как было сделано. Затем после упорной и тяжелой для неумелых рук работы справились и с грот – брам-реем. Юный Роберт, проворный, как кошка, и отважный, как юнга, оказался очень полезным в этой нелегкой операции.

Затем надо было бросить якорь, а то и два за корму, против киля. Эти якоря должны были во время прилива стащить с мели «Маккуори». Такая операция – дело нетрудное, когда есть шлюпка. Тогда якорь подвозят к заранее назначенному месту и там бросают. Но лодки не было, и надо было чем-то ее заменить.

Гленарван был достаточно сведущ в морском деле, чтобы понять, зачем все это нужно. Чтобы снять судно, севшее на мель во время отлива, необходимо бросить якорь.

– Но как же это сделать без лодки? – спросил он Джона Манглса.

– Соорудим что-нибудь из обломков фок-мачты и пустых бочонков, – ответил капитан. – Дело будет трудное, но не невозможное, ибо якоря «Маккуори» невелики. А если они будут заброшены и не сорвутся, я надеюсь на успех.

– Что ж, тогда не будем терять времени, Джон.

Все, и матросы и пассажиры, были вызваны на палубу, и каждый принялся за работу. Топорами перерубили снасти, еще удерживавшие фок-мачту. Мачта была сломана у верха, так что марс легко удалось снять. Из этой площадки Джон Манглс собирался сделать плот. Ее укрепили на пустых бочонках так, чтобы она смогла выдержать тяжесть якорей. К этому плоту приделали для управления кормовое весло. Впрочем, отлив и так должен был отнести плот за корму, а оттуда, забросив якорь, легко было вернуться на судно, держась за протянутый с него канат.

В полдень, когда плот был наполовину готов, Джон Манглс поручил Гленарвану руководить работами и занялся определением местонахождения брига. Знать это было чрезвычайно важно. К счастью, Джон Манглс нашел в каюте Уилла Холли справочник Гринвичской обсерватории и секстант, очень грязный, но вполне годный для работы. Молодой капитан вычистил его и принес на палубу.

С помощью системы подвижных зеркал этот инструмент совмещает с горизонтом изображение солнца в момент, когда оно находится на наибольшей высоте над землей, то есть в полдень. Конечно, для этого нужно визировать через линзу секстанта только настоящий горизонт, то есть линию слияния воды и неба. Поэтому полоса земли, которая заслоняла эту линию на севере, мешала наблюдениям.

В таких случаях настоящий горизонт заменяют искусственным. Обычно им служит плоский сосуд с ртутью, и визируют отраженное в ней солнце. Ведь ртуть представляет собой идеально горизонтальное зеркало.

У Джона не было ртути, но он вышел из положения, использовав кюветку, наполненную дегтем, с поверхности которого солнце отражалось достаточно четко. К счастью, долгота была известна – ведь судно находилось у западного берега Новой Зеландии, – к счастью, потому что хронометра, чтобы ее определить, не было.

Джон Манглс не знал только широту, а для ее вычисления У него было все, что нужно.

С помощью секстанта он измерил высоту солнца в полдень над горизонтом – 68° 30'. Расстояние от солнца до зенита равнялось, следовательно, 21° 30', так как в сумме эти два числа должны были составить 90°, Справочник указывал, что в тот день, 3 февраля, солнечное склонение равнялось 16° 30'. Сложив эту цифру с расстоянием до зенита – 21° 30', Джон получил искомую широту: 38°. Итак, координаты «Маккуори» были таковы: 171° долготы и 38° широты, не считая незначительной погрешности в вычислении из-за несовершенства приборов.

Справившись по карте, купленной Паганелем в Идене, Джон Манглс убедился, что авария произошла у входа в бухту Аотеа, севернее мыса Кахуа, у берегов провинции Окленд. Город Окленд находится на тридцать седьмой параллели, значит, «Маккуори» отнесло на один градус к югу. Теперь, для того чтобы попасть в столицу Новой Зеландии, ему нужно было подняться на градус к северу.

– Переход в какие-нибудь двадцать пять миль. Пустяк, – сказал Гленарван.

– Двадцать пять миль по морю – пустяк, а по суше – долгий и трудный путь, – возразил Паганель.

– Поэтому сделаем все, что в человеческих силах, чтобы снять «Маккуори» с мели, – сказал Джон Манглс.

Снова принялись за работу. В четверть первого прилив достиг высшей точки, но Джон Манглс не смог этим воспользоваться, ибо якоря еще не были заброшены. Все же они с некоторым волнением наблюдали за тем, что делается с «Маккуори». Не всплывет ли бриг благодаря приливу? Это должно было решиться в течение пяти минут.

Стали ждать. Раздался треск: это подводная часть судна хотя и не поднялась, но все же поколебалась. Бриг не сдвинулся, но Джон Манглс возложил надежды на следующий прилив.

Работа кипела. К двум часам плот был готов. На него погрузили малый якорь. Джон Манглс и Вильсон поместились на плоту, предварительно прикрепив к корме судна перлинь[116]. Отлив отнес их на полкабельтова; здесь они бросили якорь на глубине семидесяти футов. Якорь хорошо держал, и плот вернулся к бригу.

Остался второй, большой якорь. Спустить его оказалось труднее. Но затем плот снова понесло отливом, и вскоре второй якорь был брошен позади первого, на глубине ста футов. Покончив с этим, Джон Манглс и Вильсон, подтягиваясь на канате, вернулись к «Маккуори».

Канат и перлинь накрутили на брашпиль [117], и все стали ждать нового прилива, который должен был начаться в час ночи. Было еще только шесть часов вечера.

Джон Манглс похвалил своих матросов, а Паганелю даже внушил, что если он будет всегда храбр и усерден, то может когда-нибудь стать и боцманом.

Тем временем мистер Олбинет, трудившийся вместе со всеми, вернулся на кухню. Он приготовил сытный обед, который пришелся как нельзя более кстати. Все насытились и почувствовали себя в силах продолжать работу.

После обеда Джон Манглс принял последние меры, которые должны были обеспечить успех задуманного плана. Когда снимают с мели судно, нельзя допустить ни малейшей оплошности. Подчас все срывается, и киль не покидает своего песчаного ложа из-за самой незначительной перегрузки.

Джон Манглс уже распорядился выбросить в море большую часть груза для облегчения брига. Теперь же остальные тюки с кожей, тяжелые шесты, запасные реи, несколько бочек с балластом были помещены на корму, для того чтобы она своей тяжестью помогла подняться форштевню. Вильсон и Мюльреди вкатили на корму еще несколько бочонков, которые они затем наполнили водой. Эти последние работы были закончены только к полуночи. Вся команда устала до изнеможения, а это было особенно плохо, ибо вскоре должны были понадобиться все ее силы. Это заставило Джона Манглса принять новое решение.

К этому времени заштилело. Легкая зыбь едва морщила поверхность моря. Всматриваясь в горизонт, Джон Манглс заметил, что юго-западный ветер меняется на северо-западный. Моряк распознал это по особому расположению облаков и их окраске. Вильсон и Мюльреди разделяли мнение капитана.

Джон Манглс поделился своими наблюдениями с Гленарваном и предложил ему отложить подъем брига на завтра.

– Вот мои доводы, – сказал капитан. – Прежде всего, мы очень утомлены, а между тем, чтобы высвободить «Маккуори», нужны все наши силы. Затем, если даже нам удастся снять бриг с мели, то как вести его среди подводных скал в такую темную ночь? Лучше действовать днем. У меня есть и еще одно основание не спешить: нам на помощь может прийти ветер, и я этим воспользуюсь. Мне хотелось бы, чтобы в тот момент, когда прилив поднимет эту старую калошу, ветер дал ей задний ход. А завтра, если я не ошибаюсь, задует северо-западный ветер. Мы поставим паруса на грот-мачту, и они помогут поднять бриг.

Эти доводы были настолько убедительны, что даже Гленарван и Паганель, которым особенно не терпелось, сдались, и подъем «Маккуори» был отложен на завтра.

Ночь прошла благополучно. Установили вахту: главным образом для наблюдения за якорями. Настал день. Предсказания Джона Манглса сбывались: начинал дуть северо – западный ветер, все свежевший. Это сильно помогало. Весь экипаж был вызван на палубу. Роберт, Вильсон и Мюльреди, сидя на верху грот-мачты, а майор, Гленарван и Паганель – на палубе, были готовы поставить в нужный момент паруса. Закрепили грот-марса-реи. Грот и грот-марсель взяли на гитовы [118].

Было девять часов утра. До полного прилива оставалось еще четыре часа. Они не прошли даром. Джон Манглс использовал это время для того, чтобы заменить сломанную фок-мачту временной. Это давало ему возможность уйти из этих опасных мест, как только «Маккуори» будет снят с мели. Команда снова напрягла все силы, и еще до полудня фока-рей был прочно укреплен на носу брига вместо мачты. Леди Элен и Мери Грант оказали большую помощь, приладив запасной парус. Они очень радовались тому, что помогли общему спасению. Когда оснастка «Маккуори» была закончена, он хотя и имел не особенно элегантный вид, но все же мог идти, правда, не удаляясь от берега.

Вода прибывала, по морю пошли небольшие волны. Черные верхушки скал мало-помалу исчезли среди бурунов, точно морские животные, прячущиеся в родной стихии. Близился решительный момент. Путешественники ждали его с лихорадочным нетерпением. Никто не говорил ни слова. Все глядели на Джона, ожидая его приказаний.

Молодой капитан, перегнувшись через борт на корме, наблюдал за приливом. Он с беспокойством поглядывал на сильно натянутые канат и перлинь якорей.

В час дня прилив достиг наивысшего подъема. Наступил короткий момент, когда вода не прибывает и не убывает. Надо было действовать без промедления. Поставили грот и грот – марсель, и оба паруса надулись ветром.

– К брашпилю! – крикнул Джон Манглс.

Это был лежачий ворот с качалками, как у пожарных насосов. Гленарван, Мюльреди и Роберт с одной стороны, Паганель, майор, Олбинет – с другой навалились на качалки, приводившие брашпиль в движение. Джон Манглс и Вильсон, схватив шесты, присоединили свои усилия к усилиям товарищей.

– Смелей! Смелей! – кричал молодой капитан. – Дружно, все сразу!

Брашпиль сильно натянул канат и перлинь. Якоря держались крепко. Надо было торопиться. Через несколько минут должен был начаться отлив. Команда удвоила усилия. Свежий ветер надувал паруса. Корпус брига затрясся. Казалось, вот-вот он приподнимется. Казалось, подтолкни его еще одной рукой – и он вырвется из песка.

– Элен! Мери! – крикнул Гленарван.

Молодые женщины бросились помогать товарищам. Брашпиль лязгнул в последний раз. Вот и все. Бриг не двинулся. Операция не удалась. Начинался отлив. Стало ясно, что такой небольшой команде даже с помощью ветра и волн не снять судна с мели.

 
 
   © Copyright © 2018 Великие Люди  -  Жюль Верн